Московский модерн

 
Модерн – художественный стиль, расцвет и угасание которого произошли в течение очень короткого периода времени: за какие-то 20-25 лет весь мир успел влюбиться в него, вознести на вершину художественного Олимпа и разочароваться, отравившись на поиски новых идей. Ар-нуво, югендштиль, тиффани – все эти имена дали модерну в разных странах мира, которым он подарил невероятные про красоте и выразительности памятники архитектуры. И Москва здесь, разумеется, не стала исключением.
 
Вторая половина XIX – начало XX века стали для Москвы и для всей России непростым временем. Последний классический стиль в искусстве, модерн, с его текучими формами, растительными орнаментами и плавной живописностью вряд ли бы прижился в молодом социалистическом государстве, прямолинейным и минималистичным «зеркалом» которого впоследствии стал конструктивизм. Однако короткую эпоху расцвета модерна можно по праву считать очень продуктивным двадцатилетием, хотя она и была довольно резко прервана. К счастью, несмотря на строительство коммунизма и воцарение новых порядков, шедевры модерна на улицах Москвы сохранились: многие из них в превосходном состоянии дошли до наших дней, и мы имеем возможность прикоснуться к прекрасному, просто прогуливаясь по улицам города.
 
 
 
 
1) Начать прогулку предлагаем от станции метро «Парк культуры», выйдя на улицу Остоженка, на нечетную ее сторону. Следуя по улице в сторону центра и свернув на первом же перекрестке налево, Вы попадёте в Кропоткинский переулок. Нас интересует дом №13, известный как особняк Дерожинской.
 
Особняк А.И. Дерожинской в Кропоткинском переулке.
 
Он был построен в 1901-1903 годах знаменитым архитектором, одним из виднейших деятелей модерна Ф.О.Шехтелем для дочери фабриканта Ивана Бутикова, Александры Ивановны Дерожинской-Зиминой, и её супруга, гвардейского офицера В.В. Дерожинского. Будучи наследницей миллионного состояния своего отца – известного суконного фабриканта И.П. Бутикова, построившего недалеко от Остоженки, на берегу Москвы-реки, крупную текстильную фабрику (о местоположении фабрики сегодня говорит название одного из остоженских переулков – Бутиковского, - названного так по фамилии владельца мануфактуры), - А.И Дерожинская вполне могла позволить себе, помимо уже имевшихся в ее собственности домовладений, отстроить еще один городской особняк, который был замыслен ею как «семейное гнездо» для своей новой семьи и будущих детей (В.В Дерожинский был вторым мужем Александры Ивановны, первый ее брак – с видным промышленником и финансистом Павлом Павловичем Рябушинским – окончился разводом). Дамой Александра Ивановна была деятельной: когда она поняла, что мечтает о новом доме, то приобрела участок в Штатном переулке (такое название носил тогда Кропоткинский переулок) и заказала проект архитектору Ф.О. Шехтелю. Он, кстати, на тот момент уже прославился благодаря нескольким своим замечательным работам – особняку С.П. Рябушинского на Малой Никитской и дворцу С.Т. Морозова на Спиридоновке. Видимо, знакомство заказчицы с Шехтелем состоялось как раз через Степана Павловича Рябушинского, который приходился братом ее первому мужу.
 
Почерк признанного мастера модерна узнаваем и в особняке, построенном для Дерожинской: первое, что Вы увидите, это великолепная решетка ограды с нервными изломами прутьев – классическое произведение модерна. Обращайте внимание на такие мелочи, если Вы не очень хорошо разбираетесь в архитектуре: именно декоративные решётки на модерновых зданиях ни с чем нельзя спутать. Сам роскошный особняк отодвинут в глубину обширного участка и полускрыт оградой. Композиционное решение фасада здания основывается на вынесенном вперед и отвечающем главному холлу дома центральном ризалите с огромным окном, украшенным объемным наличником.
 
Особняк А.И. Дерожинской. Центральный ризалит.
 
Ризалит венчается мощным декоративным завершением, уподобленным скульптурной форме – аттиком с парой тяжелых цилиндров, олицетворяющих собой новые веяния «машинного века» - века XX. Привычный для раннего модерна изысканный декор в оформлении экстерьера особняка почти отсутствует, и акцент всецело приходится не на стилевые фигурно-орнаментальные мотивы, а на сами объемные элементы композиции, подчеркнуто величественные и монументальные.
 
Особняк А.И. Дерожинской. Маскарон над входом.
 
Особого внимания заслуживают интерьеры особняка: ведь главный принцип модерна – удобство и комфорт. Именно с этим связана внешняя несимметричность зданий в стиле модерн: они проектировались как бы «изнутри», исходя из интерьера, а не из внешней формы. Дом имеет два этажа и подвал. Первый этаж был отведен под приемные помещения и личные покои семейства, второй предназначался для детей и их гувернанток, также на втором этаже располагалась кухня. Подвал был занят хозяйственными помещениями и комнатами прислуги, хотя в нем помимо этого смогла разместиться и довольно обширная бильярдная. В интерьере особняка Дерожинской Шехтель на две трети оформил пространство деревом: мебель, потолки, полы, стеновые панели, лестницы, внутреннее обрамление окон - все это выполнялось по эскизам архитектора, впрочем, в этот доме всё оформлено в едином авторском стиле, согласно общим правилам модерна, даже такие, казалось бы, мелочи, как дверные ручки, выполнены по чертежам мастера. К слову о «мелочах»: ручка входной двери представляет собой огромного металлического паука, который просто не может не произвести впечатления на визитёра; оформление ручек межкомнатных дверей повторяет орнамент ограды; зеркало над камином в хозяйской спальне оформлено невероятно изящно; одним словом, даже эти детали самоценны в художественном смысле, что лишний раз подчеркивает такую отличительную черту модерна, как значимость каждого элемента интерьера.
 
Еще одна особенность модерна – приверженность к передовым технологиям – также четко прослеживается в этом особняке, ведь именно в этом здании были впервые применены новейшие технологии, облегчающие быт: проведена вытяжная и приточная вентиляция, электричество, паровое отопление, установлены ванна и туалет, проведён телефон.
 
После революции имущество А.И. Дерожинской  было национализировано, о ее личной судьбе после 1917 года, к сожалению, ничего не известно. Особняк в Штатном переулке был отдан в пользование Культурно-просветительскому обществу Украинской Рады, затем внешкольному отделу Наркомпроса, который позже здесь сменили еще несколько учреждений; начиная с 1959 года, на протяжении 50 лет особняк арендовало посольство Австралии. Впервые для массового посещения здание было открыто лишь в 2009 году: с 18 апреля по 2 мая там проходила посвященная 150-летию со дня рождения  Ф.О.Шехтеля выставка «Москва в стиле модерн».    
 
 
2) В соседнем переулке, расположенном ближе к центру – Померанцевом, – находятся сразу два здания в стиле модерн. Первое – особняк Н.Н. Медынцева (Померанцев переулок, 6).
 
Особняк Н.Н. Медынцева в Померанцевом переулке.
 
Это нарядное и яркое здание было воздвигнуто в 1907 году архитектором Флегонтом Флегонтовичем Воскресенским для купца Николая Николаевича Медынцева, принадлежавшего к большому купеческому роду Медынцевых, берущему свое начало из города Медынь Калужской области. Н.Н. Медынцев был коллекционером и собирателем и в новом особняке планировал разместить свои богатые коллекции фарфора, картин, мебели и других произведений декоративно-прикладного искусства. 
 
Ф.Ф. Воскресенский приобрел популярность как архитектор благодаря своей работе на Страховое общество «Россия», по заказу которого осуществил несколько крупных проектов доходных домов, выполненных в основном в неоклассической манере (Лесная ул., д 43; 1-ая Тверская-Ямская, 25). Однако, все же главными работами этого мастера, принесшими ему народную любовь и признание, стали эффектные особняки Н.Н Медынцева в Померанцевом переулке и Л.И. Гельтищевой в Среднем Овчинниковском переулке, которые были им созданы в традициях стиля модерн.
 
По общему мнению знатоков искусства, работы Ф.Ф. Воскресенского близки к французскому модерну - ар-нуво. Однако, по наблюдениям английского искусствоведа Кетрин Кук, занимавшейся изучением московской архитектуры XIX-XX веков, в декоре дома Медынцева прослеживаются еще и английские и шотландские мотивы, что придаёт ему ещё большее своеобразие. Например, в оформлении экстерьера особняка активно использовано изображение чертополоха, национального символа Шотландии и эмблемы ордена Чертополоха – второго по значимости рыцарского ордена в Соединённом Королевстве. 
 
Особняк Н.Н. Медынцева. Лепное панно с чертополохом.
 
Согласно правилам модерна, здание асимметрично в своей планировке, в угоду удобству и комфорту проживания. Особенно заметна асимметрия главного фасада: правая часть особняка короче и более насыщена декоративными элементами, нежели более длинная левая часть дома, несущая на себе гораздо меньше декоративных украшений. Такая разница в интенсивности декора двух частей здания как бы уравновешивает общее визуальное впечатление от дома. Вход же в особняк расположен как будто в «центре тяжести» здания, также внося равновесие в структурное распределение масс главного фасада, хотя, исходя из соображений художественно гармонии, его скорее следовало бы расположить на оси скругленного аттика и находящейся под ним композиции из трех окон.
 
Разнообразен декор здания. Здесь мы можем видеть различные по форме наличники окон; висящие небольшие колонки, украшающие вход в особняк; майоликовые панно красивого темно-бирюзового цвета под карнизом и между этажами; яркое мозаичное панно с растительным рисунком над аркой входа; фигурную балюстраду над карнизом эркера; волнообразный аттик с картушем, изящно обрамленным ветвями и соцветиями чертополоха; кованые решетки на крыше и на карнизе входного портика и, конечно же, рельефные изображения всё того же чертополоха, заполняющие тимпаны фронтонов окон первого этажа и подоконные панно.
 
Особняк Н.Н. Медынцева. Тимпан окна.
 
Особняк Н.Н. Медынцева. Тимпан окна.
 
Особняк Н.Н. Медынцева. Часть фасада.
 
Особняк Н.Н. Медынцева. Тамбур входа
 
Особняк Н.Н. Медынцева. Аттик с картушем.
 
Все эти многочисленные декоративные элементы фасада налицо демонстрируют нам затейливые черты модерна. А знаменитая глазурованная керамическая плитка «кабанчик», которой облицованы стены дома, так характерная именно для московского модерна, лишний раз подчеркивает стилистическую принадлежность особняка.
 
По утверждению Марии Владимировны Нащокиной, известнейшего исследователя в области архитектуры рубежа XIX-XX веков и, в частности, в области модерна, особняк Медынцева очень сильно напоминает доходный дом, построенный в 1903 году Шарлем Клейном в Париже и в том же году заслуживший почетное звание самого красивого фасада французской столицы. Возможно, это сходство являлось желанием Медынцева, часто посещавшего Париж и наверняка знакомого с великолепным шедевром Клейна. Аналогии в оформлении двух этих особняков, действительно, прослеживаются и  невооруженным взглядом. Изначально даже стены особняка Медынцева имели бирюзовый оттенок, что было навеяно, опять же, парижским прототипом, но позже цвет был всё же изменен на бледно-желтый. 
 
Доходный дом Ш. Клейна в Париже. Адрес дома: Paris, rue Eugène Manuel, 2. Архитектор Шарль Клейн (Charles Klein), художник-керамист Эмиль Мюллер (Emile Muller).
 
Доходный дом Ш. Клейна в Париже. Часть фасада.
 
 
Доходный дом Ш. Клейна в Париже. Арка входа.
 
Доходный дом Ш. Клейна в Париже. Керамические чертополохи на фасаде.
 
После событий 1917 года всё имущество Н.Н. Медынцева было национализировано, в том числе особняк в Померанцевом переулке. В нем в 1919 году был открыт 4-ый Пролетарский музей, в котором экспонировалась богатая коллекция бывшего владельца особняка.  Просуществовал музей недолго, в начале «голодных» 20-х годов его закрыли, а дом отдали под миссию Нансена – Международный комитет помощи голодающим России. После закрытия миссии в 1923 году особняк перешел в аренду французскому посольству, которое размещалось в нем вплоть до 1938 года. Позже особняк принадлежал Институту мозга; в 1954-1955 годах в доме размещалась квартира Председателя Совета Министров СССР Г.М. Маленкова; с конца 1950-х и до начала 1970-х годов в доме располагалась резиденция посла Куба, а позже, вплоть до 2010 года, – посольство Гвинеи.
 
В мае 2012 года было принято решение внести особняк Н.Н.Медынцева  в реестр памятников культурного наследия. 
 
 
3) Доходный дом Мелетиных (Померанцев переулок, 7).
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных в Померанцевом переулке.
 
Выполнен по проекту архитектора В.Е.Дубовского при участии художника-керамиста П.К.Ваулина по заказу дворянина, адвоката и благотворителя Александра Аполлоновича Мелетина и его жены Софьи Ивановны (в девичестве Волохиной). Дом построен для сдачи квартир в наем представителям «среднего класса». К слову, в период расцвета модерна, особенно перед Первой мировой войной, строительство доходных домов было довольно актуальной тенденцией. Многие хотели жить в красивых особняках в центре города, но не все имели достаточные средства для этого – даже довольно обеспеченные люди не могли себе позволить такую роскошь. По сравнению с изящными частными особняками, доходные дома были довольно громоздкими (до шести этажей) и, разумеется, уступали в богатстве отделки и количестве декоративных деталей. Но доходный дом, построенный В.Е. Дубовским, представлял собою приятное исключение из правил, т.к. здание было весьма и весьма симпатичным и аккуратным. Талант и фантазия Дубовского, являющегося автором знаменитого «дома с рыцарями» на Арбате, и здесь проявились с присущей им самобытностью и оригинальностью. Глядя на фото 1912 года, запечатлевшее дом Мелетиных, в воображении невольно всплывают образы рыцарских замков и средневековой готики. К огромному сожалению, от внешнего вида считавшегося когда-то одним из самых красивых зданий Москвы почти ничего не осталось. Изначально трехэтажный в плане дом в 1920-х годах был надстроен еще двумя этажами, значительно исказившими облик здания, скравшими весь его колорит.
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных. Фотография 1912 года.
 
Нет уже ни фигурных аттиков, ни башенки с куполом.  Декор первых трех этажей, до линии первоначального карниза, в целом  сохранен, за исключением некоторых элементов, но находится далеко не в самом блестящем состоянии – фасады дома находятся в аварийном состоянии, хотя внутри здания был проведен ремонт. Что ж, несмотря на плачевное состояние стен, не будет лишать себя возможности рассмотреть те элементы позднего модерна, что предоставлены сейчас нашему взору и что некогда составляли вкупе с утраченными незаурядный облик этого доходного дома. 
 
Композиция здания асимметричная, ритмически сложная, богатая оригинальными лепными деталями. Эркеры дома различны по форме, фасад дополнительно расчленен тонкими многосоставными и простыми колоннами и раскрепованными пилястрами. Над аркой, между двумя оконными проемами находится скульптурная эдикула, обрамляющая небольшую нишу в стене.
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных. Эдикула.
 
Главный вход в дом эффектно оформлен грубо отесанными гранитными квадрами. Интересно, что на двух декоративных полочках при входе до реконструкции здания в 1980-х годах располагались скульптуры (одну из них довольно отчетливо видно на фотографии 1912 года).
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных. Фигурная облицовка фаянсом первого этажа.
 
Очень необычно облицован мелкой бурой фаянсовой плиткой низ первого этажа, ее композиция графически сложна по своему виду и изображает стены крепости, если присмотреться, можно разглядеть даже флаг над башней.
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных. Балкон.
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных. Майоликовое панно под окном .
 
Балконы здания получились различными по декору: на втором этаже они украшены скульптурными решетками, изображающими переплетающихся кольцами змей, а решетки верхних балконов, пристроенных при реконструкции дома, лишь примитивно повторяют их. Под одним из балконов второго этажа сохранилось майоликовое панно с растительным рисунком (художник П.К. Ваулин).
 
Помимо всего перечисленного, фасады дома Мелетиных украшены разнообразными скульптурными рельефами животных и фантастическими масками, похожими на ритуальные маски древних майя и ацтеков.
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных. Маска на фасаде.
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных. Маска на фасаде.
 
Из представителей животного мира на фасаде мы можем увидеть быков, павлинов, саламандр, змей и даже драконов, правда, для того, чтобы их обнаружить, нужно хорошенько присмотреться, поэтому будьте внимательны, если хотите поближе познакомиться с этими «обитателями» дома.
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных. Капитель колонны.
 
Доходный дом А.А. и С.И. Мелетиных. Модильон, поддерживающий  колонну.
 
 
4) Вновь выходим на Остоженку, чтобы с нее попасть в Мансуровский переулок. Здесь под №4 расположена очень интересная постройка – доходный дом П.В. Лоськова.
 
 
Доходный дом П.В. Лоськова в Мансуровском переулке.
 
Построен в 1905-1906 годах архитектором А.У. Зеленко по заказу разбогатевшего крестьянина Лоськова. Дом доходный, строился для сдачи квартир в наём, хотя внешне он похож скорее на особняк, предназначенный для личного проживания владельцев. 
 
Это здание уникальное для Москвы, так как является образцом так называемого «северного модерна», крайне редкого для столицы. Строго говоря, в Москве существует всего три здания, построенных в стиле «северный модерн»: это доходный дом  архитектора Г.И Макаева (1904 года постройки, Подсосенный переулок, 18/5), дом общества «Детский труд и отдых» (1907 года постройки, Вадковский переулок, 5, стр. 1) и вот этот дом, что мы видим перед собой. Так уж сложилось исторически, что северный модерн, вдохновленный самобытным и суровым скандинавским стилем, национальным романтизмом, процветавшим в Финляндии и Швеции, получил развитие в основном в Санкт-Петербурге, московские же архитекторы-модернисты начала XX века отдавали предпочтение готике, русскому стилю и модерну более свободному, пластичному и изысканному. Северный модерн тяготеет не к пышности и разнообразию мелкого декора, а к богатству отделочной палитры, фактурным свойствам материала, сочетаниям различных по природе материалов и полихромии. Особенностями этого стиля являются четкость очертаний геометрических объемов и графическая сухость в прорисовке деталей, художественные образы связаны с северным фольклором, флорой и фауной. Современники отнюдь не однозначно оценивали немногословный, сдержанный северный модерн, находились и те, кто скептически называл его «чухонским модерном, украшенным какими-то головами леших», но время показало, что стиль этот интересен, гармоничен, рационален и, безусловно, заслуживает пристального внимания. Вот и мы не откажем себе в удовольствии рассмотреть столь ценный и редкий для Москвы экспонат – творение Александра Устиновича Зеленко, признанного мастера северного модерна.
 
Несмотря на то, что в декоре этого здания сегодня вы не увидите ни растительных орнаментов, ни декоративных мозаик, это, безусловно, памятник модерна. Чтобы это понять, достаточно взглянуть на формы здания, напоминающего небольшой замок с круглой угловой башней, увенчанной остроконечным куполом, на фигурный выступ стены, «свисающий» с карниза, тянущийся вниз, расширяющийся и заканчивающийся четырьмя зубьями, на выступающий за плоскость фасада объем внутренней лестницы, на разной формы и размера окна.
 
Доходный дом П.В. Лоськова. Угловой вид.
 
Доходный дом П.В. Лоськова. Главный фасад.
 
Декоративных элементов на фасаде не так много, а несколько лет назад дом и вовсе был гладко оштукатуренным – все его оригинальное убранство было уничтожено в советское время. Нынешний арендатор здания в течение последних нескольких лет постепенно восстанавливает первоначальный облик дома. Восстановлена характерная для северного модерна облицовка цокольного этажа грубо отесанным финским гранитом, декоративные панно под окнами третьего этажа, волнообразный козырек чердачных окон, сложная кровля купола башни, необычайной красоты каменная ограда дома, текучие формы которой напоминают творения великого Гауди. К сожалению, безвозвратно исчезла статуя, венчавшая башенный купол, сегодня ее заменил небольшой шпиль.
 
Доходный дом П.В. Лоськова. Часть фасада.
 
Доходный дом П.В. Лоськова. Балкон и башня.
 
Хотя некоторые детали утрачены, то, что удалось  восстановить «с нуля» (надо признать, восстановить получилось  достаточно точно), зримо свидетельствует об особенностях творческого почерка А.У Зеленко, о его яркой индивидуальности и необычайном таланте, а также о своеобразии и неординарности северного модерна.
 
Среди интересных фактов, связанных с историей дома Лоськова, присутствует событие, касающееся вождя мирового пролетариата: до постройки доходного дома на его месте находился небольшой деревянный дом, также принадлежавший Лоськову, и именно в этот дом В.И. Ленин сразу по возвращению своему из-за границы отправился к матери, в арендуемую ею квартиру.
 
Есть также сведения, что в доходном доме Лоськова в 1916-1926 годы жил герой Первой мировой войны, верховный главнокомандующий Временного правительства, генерал А.А Брусилов. Здесь же, в этом здании, во время октябрьских событий 1917 года Брусилов был ранен осколком снаряда, попавшего в дом при орудийном обстреле с Воробьевых гор располагавшегося неподалеку - на Пречистенке, дом 7 - штаба Московского военного округа.
 
Сейчас в здании бывшего доходного дома Лоськова располагается посольство Сирии.
 
 
5) Из Мансуровского переулка выходим на Пречистенку, чтобы осмотреть дом №28 – доходный дом И.П. Исакова.  Мы уже однажды описывали его в статье «Московский Сен-Жермен. Великолепная Пречистенка», но позволим себе уделить ему еще немного внимания, ведь он его действительно достоин. 
 
 Доходный дом И.П. Исакова на Пречистенке.
 
Построен в 1904-1906 годах по проекту Л.Н. Кекушева для Торгово-строительного акционерного общества, планировавшего возвести в аристократическом районе города доходный дом с квартирами повышенного комфорта и увеличенной площади для сдачи в наём состоятельным квартиросъемщикам. Сразу после постройки здание было продано купцу-петербуржцу И.П. Исакову.
 
Этот невероятной красоты особняк стал одним из самых удачных и ярких проектов Льва Кекушева, апофеозом его модернистского творчества. Наряду с еще одной работой этого мастера – особняком И.А. Миндовского на Поварской улице – этот доходный дом относят к наиболее выразительным  примерам модерна в Москве, а фасад дома, представшего нашим взглядам, называют одним из красивейших в столице.
 
Дом не только асимметричен в плане, что, как мы уже неоднократно убеждались, присуще зданиям в стиле модерн, но даже имеет разную этажность: передняя часть здания, выходящая на Пречистенку, имеет 5 этажей, задняя же - 6. Такая разноэтажность постройки связана с рельефом участка, на котором она возведена, - перепад высот был использован архитектором для увеличения числа этажей  задней части дома. Объем здания, Н-образный, максимально плотно заполняет участок, оставляя лишь небольшие дворы для освещения и проезда. Таким образом, мы видим, что принцип модерна асимметричной, сложной планировки, в приоритет ставящий удобство и комфорт жильцов, воплощен здесь в полной мере. 
 
 Доходный дом И.П. Исакова. Фасад.
 
Декорация парадного фасада поистине роскошна, искусствоведы оценивают её как тяготеющую к ар-нуво, она выполнена на высоком художественном уровне и включает в себя большое число как крупных, так и мелких элементов. Сочетание выпуклых и вогнутых поверхностей, сильная пластика основных вертикальных элементов фасада – центральной секции с лоджиями и боковых эркеров, - выразительный и динамичный изгиб карниза – всё это делает общую композицию фасада весьма эффектной. А причудливый и изящный декор придает дому неповторимый шарм, который ни одного прохожего не может оставить равнодушным.
 
 Доходный дом И.П. Исакова. Маскарон на фасаде.
 
 Доходный дом И.П. Исакова. Маскарон на фасаде.
 
 Доходный дом И.П. Исакова. Картуш.
 
Тщательная прорисовка форм и разнообразие оформления оконных проемов, изысканное ажурное кружево балконных решеток с растительным орнаментом, маскароны в виде женских головок, с мрачновато-серьёзными лицами, выполненные в духе германской мифологии (вместо замковых камней окон верхнего этажа) и львиных оскаленных морд (на козырьке здания), роскошные картуши, как бы слегка «оплывшие», между первым и вторым этажами, тонкая лепная сетка фриза последнего этажа, сложный металлический орнамент карниза, горельефы женских фигур, держащих в руках факел, перо и книгу – символы просвещения и знания, – по бокам от круглого слухового окна, наконец, замысловатые деревянные оконные переплеты, на каждом этаже свои, – разве можно мимо всего этого богатства, этой подлинной симфонии модерна, пройти мимо?!
 
 Доходный дом И.П. Исакова. Женские горельефы - символы просвещения и знания.
 
 Доходный дом И.П. Исакова. Скульптура.
 
 Доходный дом И.П. Исакова. Скульптура.
 
К сожалению, не сохранилась скульптура, располагавшаяся ранее на крыше и венчавшая центр фасада, – своеобразный автограф архитектора, который любил украшать крыши своих домов статуями.
 
 Доходный дом И.П. Исакова. Фотография начала XX века.
 
Утрачены и изменены также отдельные детали фасадного декора. Но даже несмотря на эти потери, бывший доходный дом Исакова остается одним из самых привлекательных, интересных и известных зданий Москвы.
 
6) Пройдем немного по Пречистенке в сторону центра и, свернув направо в  Барыковский переулок, вернёмся к Остоженке, где осмотрим сразу три здания. Одно из нихпредстает перед нами прямо на выходе из переулка. Это доходный дом А.И Кекушевой 1902 года постройки, работы Л.Н. Кекушева (Остоженка, 19, стр. 1), составлявший единый ансамбль с собственным особняком архитектора, стоящим по соседству.
 
Доходный дом А.И. Кекушевой на Остоженке.
 
Несмотря на то, что дом доходный, то есть многоквартирный, с довольно простой, монотонной композицией фасада, и он вошел в ряд незаурядных произведений одарённого зодчего, способного, кажется, из любой постройки сделать нечто выдающееся. Недаром современники Кекушева указывали на наличие в этом здании «талантливых шаблонов».
 
Доходный дом А.И. Кекушевой. Правая часть здания.
 
Размеренный, удлинённый фасад трехэтажного доходного дома Кекушев компенсировал асимметричной, акцентировано укрупненной правой частью здания с приятной аркой-нишей, каменным балкончиком и полукруглым аттиком с картушем.
 
Доходный дом А.И. Кекушевой. Картуш с монограммой и датой постройки.
 
Вынужденную уплощенность здания автор также искупает глубоко своеобразной, эмоционально богатой фасадной пластикой. Ведущая тема фасада – мотив арки-ниши. И этой теме подчиняется всё в декоре этого дома: и глубокие, разные по рисунку и размеру окна, но все в той или иной мере повторяющие контур арки, и скруглённое завершение выделенной правой оси здания, и ниши декоративных лепных панно. Объёмность фасаду придает значительно выступающий за его плоскость козырёк дома.  А насыщенность декору сообщают различные по виду обрамления оконных проемов, арки и главного входа в здание, а также неброская, но довольно интересная лепнина, в рисунке которой использованы листья и плоды каштана. 
 
Доходный дом А.И. Кекушевой. Оформление пространства между окнами..
 
Доходный дом А.И. Кекушевой. Тимпан центрального окна.
 
Доходный дом А.И. Кекушевой. Лепное панно.
 
Доходный дом А.И. Кекушевой. Лепное панно.
 
Композиционные средства, использованные Кекушевым при постройке и оформлении этого доходного дома, включают в себя приёмы, которые были реализованы им в работе над особняком Моисея Саарбекова (Поварская ул., д. 24) и собственным домом, расположенным рядом, по правую руку от нас.
 
 
7) По адресу Остоженка, дом 21 располагается одно из самых знаменитых и своеобразных зданий Москвы в стиле модерн – особняк А.И. Кекушевой.
 
Особняк А.И. Кекушевой на Остоженке.
 
Архитектор Лев Николаевич Кекушев возвел этот замок для своей семьи в 1900-1903 годах, записав его на свою жену – Анну Ионовну Кекушеву. Это был второй по счету личный особняк преуспевающего зодчего (с первым нам еще предстоит познакомиться в ходе нашей прогулки). Вообще, творческой судьбе этого мастера можно только позавидовать: чаще всего Лев Николаевич творил не столько на заказ, сколько по велению сердца. В его работах замысел, как правило, полностью реализовывался, обыкновенно минуя отсеивающую яркие идеи критику заказчика. Часто архитектор увлекался, превышал сметы на строительство, многое делал за свой счет, дабы реализовать  наиболее точное воплощение своих фантазий и идей. Наверное, именно поэтому его лучшие проекты отличаются не очень типичным для столицы отменным качеством строительства и неподражаемым архитектурно-художественным совершенством. 
 
Строя этот особняк на Остоженке, Кекушев использовал собственный проект, разработанный им в 1899 году для Северного домостроительного общества, создателем и идейным вдохновителем которого был известный предприниматель и меценат Савва Иванович Мамонтов. Общество предполагало, наряду с постройкой в центре города первоклассной гостиницы (ею стал «Метрополь»), возвести в разных местах Москвы несколько фешенебельных особняков-вилл для дальнейшей их продажи, по мнению учредителей общества, такие особняки у состоятельных горожан пользовались куда большим спросом, чем квартиры в типичных для того времени доходных домах. Один из таких особняков планировался к возведению в районе Тверского бульвара и Большой Никитской улицы, но его строительство не было осуществлено из-за банкротства Мамонтова, и Кекушев спустя два года после этого воспользовался неосуществлённым проектом (несколько изменив его) для постройки собственного дома. 
 
Столь характерное для Кекушева стремление к выразительной пластике проявилось в этом особняке еще ярче, чем в других его работах: если обычно это стремление проявлялось, главным образом, в деталях, в фасадном оформлении, то здесь оно коснулось и объемно-пространственной композиции здания; в этом особняке своеобразный «кекушевский» язык модерна предстает уже в своём зрелом прочтении. Дом напоминает замок в миниатюре. Его облик строился на формах, воспроизводящих средневековую западноевропейскую архитектуру. Асимметричная композиция здания, его разновысотные, сильно расчленённые основные объемы, островерхая гранёная башенка, втиснутая между ними, обращенные в разные стороны узкие вертикальные фасады под необычными фронтонами – похожие, но не одинаковые, – придают облику особняка особый романтизм и очарование. Архитектор в этой своей работе лишь отталкивается от средневековых исторических мотивов, свободно трансформируя и стилизуя их в духе модерна. Он копирует формы в контрастных масштабах, утяжеляет пропорции, подчеркивает сочность профилей, глубину оконных проёмов и ниш, уподобляя толщу стен скульптурной массе, насыщает фактуру лепной растительной орнаментикой, сообщая облику особняка тот характерный авторский стиль, который и сделал Кекушева признанным мастером московского модерна.
 
Особняк А.И. Кекушевой. Оформление фронтона.
 
Особняк А.И. Кекушевой. Картуш.
 
Декор особняка очень интересен и разнообразен. Здесь и сложная ритмичность различных по форме окон, и крупная пластика их обрамлений, и контраст светлых и гладких оштукатуренных поверхностей с фактурой розово-красного кирпича стен и серого гранита цоколя, и необычная форма массивного свода над парадным входом, поддерживаемого парой колонн, и игра черной и белой лепнины, и тщательно проработанный рельеф растительного орнамента.
 
Особняк А.И. Кекушевой. Вход.
 
Особняк А.И. Кекушевой. Массивная колонка - один из "фирменных" элементов Л.Н. Кекушева. 
 
Кстати, рисунок лепнины, оформляющей выступ башни, изображает… конопляные листья, фриз под карнизом башни отделан цветами рябины, а в декоре фронтонов использован рисунок соцветий еще одного вида растения, нами не опознанного, – такое вот буйство растительности. 
 
Особняк А.И. Кекушевой. Оформление выступа башни.
 
Особняк А.И. Кекушевой. "Конопляный" фриз.
 
Особняк А.И. Кекушевой. "Рябиновый" фриз.
 
Особняк А.И. Кекушевой. Лепное панно с растительным орнаментом.
 
Когда-то щипец уличного фасада украшала огромная скульптура стоящего в гордой позе льва. Львы являлись своеобразной эмблемой архитектора – в честь его имени, а лев на его собственном особняке, пожалуй, наиболее откровенно олицетворял архитектора – успешного, энергичного, амбициозного, привыкшего всегда добиваться своего и побеждать.
 
Особняк А.И. Кекушевой. Фотография 2013 года.
 
Особняк А.И. Кекушевой. Фотография 1910 года. 
 
Знатоки считают этого льва копией одной из работ австрийского скульптора Рудольфа Вейера – уж очень был похож кекушевский лев на вейеровские статуи львов, «охраняющих» шлюз в порту Нюссдорф в Вене. К сожалению, лев с фронтона особняка Кекушевой впоследствии исчез, оставив память о себе лишь на старых фотографиях.
 
Львы Рудольфа Вейера (Rudolf Weyr) на мосту Schemerlbrücke над плотиной Нюссдорф в Вене.
 
Один из львов Вейера на мосту Schemerlbrücke - прототипов кекушевского льва.
 
Л.Н. Кекушев с супругой и детьми прожил в особняке недолго. Сам архитектор в 1906 году, после разлада с женой, оставил дом семье, сам же переехал на съемную квартиру. А в 1909 году эффектный особняк на Остоженке и вовсе был продан другим владельцам. Именно поэтому это здание упоминается в архивах еще и под именем «дом Смитского».
 
Примечательно также, что особняк А.И. Кекушевой является одним из претендентов на роль жилища булгаковской Маргариты. Очевидно, великий писатель знал толк не только в литературе, но и в искусстве – хотя доподлинно и не известно, какие дома Михаил Афанасьевич подразумевал для своих героев, все претенденты  одинаково хороши и достойны упоминания в его бессмертном романе. 
 
 
8) На противоположной стороне улицы, невдалеке от особняка А.И. Кекушевой, высится бывший доходный дом Г.Е. Бройдо (Остоженка, 20).
 
Доходный дом Г.Е. Бройдо на Остоженке.
 
Это строение было возведено в 1902 году по проекту архитектора Николая Ивановича Жерихова, одного из самых популярных зодчих «модерновой» Москвы. Этот дом был первым зданием, самостоятельно построенным Жериховым, и этот проект сразу сделал его модным, преуспевающим архитектором, широко востребованным в Москве. За 12 лет своей творческой деятельности Н.И. Жерихов построил в первопрестольной 46 доходных домов в самых престижных районах. 
 
Фирма Германа Ефимовича Бройдо, кандидата коммерческих наук и советника юстиции, и его супруги Анжелики Гастоновны занималась выкупом участков земли в перспективных, фешенебельных районах Москвы и застройкой их особняками и доходными домами для дальнейшей продажи. Большинство возведенных семейной фирмой зданий находятся в районе Пречистенки и Арбата. Супруги Бройдо, однажды воспользовавшиеся услугами Жерихова, стали его постоянными заказчиками, по проекту этого архитектора построено несколько их доходных зданий, и три из них признаны на данный момент объектами культурного наследия, в том числе и этот дом на Остоженке, который мы видим перед собой. К слову говоря, только эти три упомянутых дома, построенных для семьи Бройдо, из всего ряда почти полусотни жериховских работ стали охраняемыми памятниками культуры.
 
Доходный дом Бройдо на Остоженке являлся знаковым для своего периода примером раннего модерна - причудливо и богато орнаментированного, романтического и символического, полного динамики и настойчивого поиска. Элементы декора здания довольно разнородны и являются отголосками различных направлений модерна, к примеру, металлические кронштейны, поддерживающие сильно выступающий карниз, отражают мотивы декоративного, претенциозного и прихотливого бельгийского Art Nouveau, а тяжелый металлический козырек над центральным входом, придерживаемый цепями, скорее, тяготеет к более рациональному венскому модерну. 
 
Доходный дом Г.Е. Бройдо. Главный фасад.
 
Самой характерной и примечательной частью облика фасада дома Бройдо является белоснежный скульптурный фриз между третьим и четвертым этажами, на котором на фоне скал изображены горные антилопы – серны – и летящие птицы.
 
Доходный дом Г.Е. Бройдо. Фриз с сернами.
 
Особенно эффектно рельефы выглядят в вечерние часы, когда лучи заходящего солнца делают силуэты серн особенно отчетливыми и придают изображениям еще большую объемность и натуралистичность. Тематика этого фриза своего рода уникальна, так как не имеет аналогов в Москве.
 
Доходный дом Г.Е. Бройдо. Подоконное панно.
 
Доходный дом Г.Е. Бройдо. Лепной фриз.
 
Обращают на себя внимание также декоративные лепные подоконные панно с растительным рисунком (похоже, снова каштан?), а также ажурная ковка балконных решеток и красивейшие переплеты огромного окна над входом в здание. 
 
Доходный дом Г.Е. Бройдо. Аттик.
 
К сожалению, несмотря на то, что бывший доходный дом Бройдо сегодня выглядит весьма элегантно и опрятно, реконструкция 1990-х годов, поспособствовавшая этому, в значительной мере изменила его внутренний облик, практически истребив авторский декор интерьеров здания, некоторые даже называют проведенную реконструкцию варварской. Ремонт дома был проведен с заменой перекрытий и потерял при этом большинство элементов первоначальной внутренней отделки, которая вкупе с экстерьером здания давала полное представление о декоративном ансамбле доходного жилья для представителей «среднего» класса Москвы начала 1900-х годов. Что ж, нам остаётся довольствоваться тем, что предстаёт сейчас перед нашими взорами, и благодарить судьбу за то, что хотя бы это мы можем лицезреть, ведь, для сравнения, еще одна работа Н.И. Жерихова, взятая под охрану государства, находится в просто ужасающем состоянии и буквально разваливается на глазах (речь о знаменитом доходном доме Бройдо в Плотниковом переулке, известном как «дом-шарж» и «дом с классиками»), так что её декоративный ансамбль мы рискуем и вовсе не  увидеть, если реставрация не будет проведена в ближайшие годы.
 
 
9-10) Далее, повернув налево в Лопухинский переулок,  прогуляемся до Пречистенки, перейдём на другую её сторону, чтобы попасть в Пречистенский переулок. В нём мы найдём два здания, построенных по проекту В.Ф. Валькота. Этот архитектор и художник русско-британского происхождения (настоящее имя Вильяма Францевича – Уильям Уолкот) работал в Москве с 1898 по 1908 год и известен в основном благодаря проекту гостиницы «Метрополь», который он успешно осуществил вместе с Л.Н. Кекушевым. Здесь, в Пречистенском переулке, находятся еще два его московских шедевра. Это особняк М.Ф. Якунчиковой (дом №10) и особняк К.А. Гутхейля (дом №8).
 
Особняк М.Ф. Якунчиковой в Пречистенском переулке.
 
Особняк К.А. Гутхейля в Пречистенском переулке.
 
Оба эти дома были построены по заказу Московского торгово-строительного общества – еще одной организации, поставившей своей целью возвести в привилегированных районах города  серию роскошных особняков, отделанных «под ключ», для дальнейшей их перепродажи состоятельным владельцам. В рамках своей широкомасштабной программы общество в 1899 году приобрело рядом с Пречистенкой обширный участок земли под застройку (бывший хозяйственный двор еще более обширной усадьбы И.А. Гагарина, выгоревшей в 1812 году и впоследствии распроданной кусками разным владельцам), разделило его на три части, под строительство трех особняков-вилл (сейчас на этих участках расположены дома № 6, 8 и 10 по Пречистенскому переулку). В том же году общество поручило разработку проектов двух особняков молодому архитектору В.Ф. Валькоту. Реализация первого из них – будущего особняка М.Ф. Якунчиковой – началась в октябре 1899 и была окончена уже летом 1900 года.  Особняк по второму проекту – дом К.А. Гутхейля – был выстроен по соседству в 1902-1903 годах.
 
В.Ф. Валькот. Эскиз дома-особняка в Мертвом переулке (в будущем - особняка М.Ф. Якунчиковой). 
 
В.Ф. Валькот. Эскиз особняка К.А. Гутхейля в Мертвом переулке.
 
Обе городские виллы, спроектированные и построенные Валькотом, стилистически относятся к модерну, но при этом они абсолютно разные. В этом состоял замысел Торгово-строительного акционерного общества – намеренно создавать не похожие  друг на друга особняки, дабы максимально индивидуализировать их, сделать действительно уникальными и неповторимыми, и предложить взыскательным и требовательным покупателям (а именно такими должны были быть потенциальные клиенты фирмы, по мнению её учредителей) наиболее широкие возможности выбора в соответствии с их личным вкусом.
 
 
Особняк М.Ф. Якунчиковой  мы также уже упоминали в статье «Московский Сен-Жермен. Великолепная Пречистенка», рассмотрим же его повнимательней. Этот дом, являвшийся первой значительной работой 25-летнего Валькота, по праву заслужил звание одного из ключевых примеров московского модерна.
 
Британские корни архитектора в немалой степени повлияли на формирование его собственного стиля, и вдохновляющим стимулом для осуществления проекта особняка Якунчиковой, видимо, послужила передовая архитектурная эстетика школы Глазго и, в частности, работы родоначальника шотландского модерна – Чарльза Макинтоша. Лаконичные и немного чопорные формы здания, прямоугольные объемы, гладкие плоскости, действительно, являются отголосками англо-шотландского направления модерна, характеризующегося четкостью, сдержанностью силуэтов, преобладанием вертикальных линий и ясным их построением. Подчеркнутый геометризм очертаний особняка, точная огранка ризалита, тамбура входа, больших эркероподобных окон, спокойная цветовая гамма облицовки стен – всё это типично английские черты модерна. Но здание может быть лишь частично соотнесено с английским архитектурным опытом, поскольку включает в себя декоративные приемы и других европейских вариантов стиля.
 
Особняк М.Ф. Якунчиковой. Оформление тамбура входа.
 
Особняк М.Ф. Якунчиковой. Маскарон под окном.
 
Особняк М.Ф. Якунчиковой. Одно из скульптурных завершений пилонов въездных ворот.
 
Особняк М.Ф. Якунчиковой. Майоликовое подоконное панно и оконная решетка.
 
Валькот вполне успешно разбавил строгость основных линий легким декором, носящим  отпечаток бельгийского и французского Ар Нуво. Кованые кронштейны под карнизом и решетки балконов и ограды, белоснежная лепнина на фасаде, изображающая «фирменные» валькотовские женские головки – изысканные скульптурные портреты легендарной сирены Лорелеи, рельефная абрамцевская керамическая плитка приятного зеленого и желтовато-коричневого цвета, использованная в оформлении пилонов ворот, входа в здание и подоконных филёнок, наконец, самая эффектная деталь – скульптурные завершения на пилонах ворот, представляющие собой всё те же любимые Валькотом женские головки, но здесь в особом убранстве из пары больших стилизованных завитков, (скульптуры утрачены после революции 1917 года, поэтому на некоторых старых фотографиях можно увидеть ограду без них, в настоящее время в точности восстановлены современным скульптором), - все эти элементы обогащают немного суховатую трактовку стеновых поверхностей, а их цветовая гамма удачно гармонирует с песочного оттенка облицовкой стен – матовым «кабанчиком».  Сумев создать из этих разнородных приёмов и идей оригинальную стилистику и органичный архитектурный образ, Валькот выступил на арене формирующегося московского модерна безусловным новатором, недаром построенный им особняк не раз впоследствии служил образцом для подражания и ориентиром в творческих исканиях для других архитекторов.
 
Особняк М.Ф. Якунчиковой. Майоликовое панно, выполненное по эскизам хозяйки дома.
 
Особняк М.Ф. Якунчиковой. Майоликовое панно, выполненное по эскизам хозяйки дома.
 
Кстати, хозяйка построенного Валькотом особняка – Мария Федоровна Якунчикова, жена крупного фабриканта, владевшего текстильной фабрикой и кирпичными заводами, и племянница Саввы Мамонтова, – принимала активное участие в деятельности мастерской своего дядюшки в Абрамцеве. По её личным эскизам и наброскам, сделанным в соавторстве с другими художниками, изготавливались многие  превосходные керамические панно, некоторые из которых украсили московские здания, а отдельные экспонировались на различных выставках, в том числе и международных. Именно благодаря инициативе Якунчиковой в декоративную отделку особняка, ею приобретённого, была включена керамика, и майоликовые панно, украсившие его, были изготовлены в абрамцевских мастерских по рисункам самой Марии Федоровны.
 
 
Особняк К.А. Гутхейля имеет необычную для модерна симметричную композицию главного фасада, необычна она и для творчества Валькота, из чего можно сделать предположение, что, возможно, данная идея продиктована владельцем – Карлом Александровичем Гутхейлем, приобретшим особняк на этапе строительства. 
 
Карл Александрович являлся наследником дела своего отца – Александра Богдановича, – немца по национальности, приехавшего в 1853 году в Россию из Франкфурта-на-Майне и основавшего в Москве музыкально-издательскую фирму и нотный магазин. После смерти отца Карл Александрович возглавил компанию, он весьма успешно вел дела и значительно расширил фирму, под его руководством «Издательство А. Гутхейль» стало одним из крупнейших в дореволюционной России, оно специализировалось на выпуске оперных клавиров не только западноевропейских композиторов, но и русских, в числе последних были произведения М.И. Глинки, С.В. Рахманинова, А.С. Даргомыжского и др. Вероятно, чтобы с успехом управлять столь специфичным предприятием, помимо предпринимательских способностей, нужно обладать еще и безупречным вкусом и особой прозорливостью. И, кажется, стоящий перед нами изящный и элегантный особняк является безусловным свидетельством совершенного чувства стиля и художественного восприятия своего обладателя. В этом доме нет помпезности или яркости, присущей многим постройкам в стиле модерн того периода, но при этом он притягивает к себе невольные восхищенные взгляды прохожих. Всё в нём гармонично, созвучно, мелодично. Поистине, этот особняк предназначен для того, чтобы в нём жила музыка. Он – симфония эстетики и красоты.
 
Особняк К.А. Гутхейля. Вход.
 
Несмотря на то, что дом в плане довольно большой, его центральный фасад, парадно развернутый вдоль улицы, компактен и даже скромен по своим формам, что сообщает зданию некую камерность. Центральный портал повышен и выдвинут вперед относительно боковых объемов. Разновысотность частей дома позволила создать в помещении вестибюля и столовой, расположенных по центральной оси здания, дополнительный верхний свет. Справа от вестибюля располагался кабинет хозяина, слева – зал, гостиная и будуар хозяйки из нескольких небольших комнат, за кабинетом владельца находился ряд спален, в правом, выступающем на задний двор крыле –  комнаты для прислуги и хозяйственные помещения.
 
Особняк К.А. Гутхейля. Лепное панно и козырек над входом.
 
Особняк К.А. Гутхейля. Лепное панно над входом.
 
Простые, геометричные формы и гладкие поверхности фасада особняка искусно разбавлены и смягчены изысканным декором. Стены облицованы сверкающей светлой розовато-сиреневой керамической плиткой – «кабанчиком», на этом фоне выделяются слабо подкрашенные охрой лепные панно с рокайльными орнаментами (т.е. характерными для стиля рококо) – причудливыми завитками и пухленькими младенцами-путти. Округлость очертаний рельефов гармонирует с изгибами оконных и дверных проёмов, имеющих арочные завершения. На крыше центрального объема возвышаются роскошные вазоны, а вход в особняк украшен великолепным стеклянным скруглённым навесным козырьком. Орнаментика, свойственная рококо, и стеклянный козырёк над входом явно заимствованы из стилистики французского Ар Нуво.
 
Особняк К.А. Гутхейля. Окна кабинета хозяина особняка.
 
Особняк К.А. Гутхейля. Панно над окнами кабинета.
 
Особняк К.А. Гутхейля. Вазон.
 
Не обошлось в оформлении особняка и без излюбленных Валькотом сказочных дев, лица которых в обрамлении густых распущенных локонов красуются на фасаде. В ходе недавнего ремонта была восстановлена и кованая ограда с характерными валькотовскими крупными, волнообразными  бегущими завитками (до этого её долгое время заменяла более простая, в стиле неоклассики).
 
В 1915 году, после вступления России в кровопролитные стычки с Германией, банды черносотенцев начали в Москве разгром контор и магазинов немецких фирм. В ходе этих действий был разгромлен и магазин К.А. Гутхейля на Кузнецком мосту. Карл Александрович в связи с начавшимися гонениями на немцев был вынужден принять решение о продаже фирмы и магазина и своем отъезде с семьей в Европу. «Издательство А. Гутхейля» перешло в собственность выкупивших его супругов Кусевицких, Сергея Александровича и Натальи Константиновны, владельцев «Российского музыкального издательства».
 
После 1917 года в бывшем особняке нотоиздателя К.А.  Гутхейля располагались дошкольный детский дом и Центральный дом детского коммунистического движения. Сегодня в этом доме расположено посольство Королевства Марокко.
 
 
11) Далее, минуя Большой Власьевский, Большой Могильцевский и Плотников переулки, отправляемся в Глазовский переулок, чтобы увидеть первое в Москве здание, построенное в стиле модерн – так называемый особняк О.А. Листа (Глазовский пер., дом 8). 
 
Особняк О.А. Листа в Глазовском переулке.
 
Этот особняк возведен в 1898-1899 годах Львом Николаевичем Кекушевым для себя, но прожил он в нём недолго, поскольку завороженный красотой его постройки московский фабрикант Отто Лист сумел убедить Кекушева продать ему дом, сделав тому предложение, от которого архитектор не смог отказаться, и уже в 1900 году здание было передано в собственность новому владельцу. Позднее, в 1910-х годах, Лист продал особняк супружеской чете Кусевицких (о них мы только что упоминали в истории особняка Гутхейля). Так что у этого особняка сложилась довольно «музыкальная» судьба: мало того, что второй его владелец был однофамильцем знаменитого венгерского композитора Ференца Листа, так еще и в «кусевицкие» времена в доме устраивались собрания «Российского музыкального издательства», на которых бывали Рахманинов, Метнер, Скрябин (последний даже жил здесь какое-то время). А в 1913 году в этом доме останавливался Клод Дебюсси.
 
Поскольку дом строился Кекушевым для личного пользования, эта его работа никак не была связана требованиями и пожеланиями заказчика, и архитектор мог свободно и в полной мере воплощать свои авторские замыслы и идеи при реализации своего проекта. Здесь талант Кекушева проявился ярко, широко, вольготно, самобытно. Этот особняк сформировал, предопределил своеобразную «кекушевскую» трактовку модерна, в дальнейшем использованную им при создании других зданий. Лев Николаевич придавал огромное значение важности этого проекта, особняк был очень значим для него и служил, по мнению зодчего, образцом, достойным подражания. Это сооружение стало для автора своего рода творческим манифестом новой архитектуры.
 
Дом довольно скромен и компактен в объемах, он поставлен по линии улицы и занимает почти всю ширину участка, выделенного для его строительства. Здание асимметрично в плане и даже включает в себя не прямоугольное пересечение плоскостей стен. Объем здания смело разрывает угловая лоджия с гротескной небольшой колонкой на углу, на которую опирается вся масса крыши и декоративного прямоугольного аттика. Наиболее эффектно и цельно особняк смотрится именно с угловой точки зрения, с которой можно увидеть и ключевые элементы объемно-пространственной композиции, и два фасада дома – главный и боковой, этот ракурс позволяет разом охватить взглядом все наиболее оригинальные приемы композиции здания и его декорирования. 
 
Особняк О.А. Листа. Ризалит бокового фасада.
 
Особняк О.А. Листа. Лоджия.
 
Наружный фасад дома облицован боровичским кирпичом красивого палево-желтого оттенка. Фактура и цвет кирпича контрастируют с крупным рустом цокольного этажа и гладкими оштукатуренными поверхностями оконных обрамлений светло-серого цвета. Все оконные переплёты выполнены из морёного дуба, некоторые из них украшены миниатюрными ордерными колонками, приставленными снаружи окон – очень необычный приём оформления. Оконные и дверные обрамления сделаны из тарусского мрамора. Угловая колонка  - из полированного черного гранита. Ценные строительные материалы, использованные в декоре, придают еще большую уникальность постройке – не каждый заказчик включал в сметы такие затраты. 
 
Особняк О.А. Листа. Массивная колонка - "фирменный" элемент Л.Н. Кекушева.
 
Особняк О.А. Листа. Колонка оконного переплета.
 
Выразительность архитектурного решения постройки строится также на масштабных контрастах однотипных деталей – арочных обрамлениях проёмов центрального окна и свода над входом в особняк, на пластичных формах неповторяющихся окон и их широких, плоскостных обрамлений, на резких выступах оконных импостов и карниза. Невозможно не отметить мелкую детализацию декоративного убранства фасада – здесь и имитирующая каменную резьбу литая массивная цинковая капитель угловой колонки, украшенная венчиками цветов, и резьба по камню арочных проемов и столбов, обрамляющих вход, и геометричный орнамент аттика, и декоративные фигурные прямоугольники между окнами центрального ризалита (похоже, являются отголоском любви Кекушева к шахматной игре), и резной рисунок деревянного полотна входной двери. Ну, и конечно, особой приметой этого дома являются мозаичные панно. Одно в виде фриза, изображающего подснежники на золотом фоне, помещено под арочным окном главного фасада. Второе, со львом среди колосьев, – на боковом фасаде. И третье, наиболее известное и ставшее поводом для таинственных легенд о своем происхождении, расположено в нише над входной дверью и представляет сюжет из жизни подводного мира – цветущие водоросли, рыбки и усатый краб. В правом нижнем углу панно сохранилась монограмма «W.W.», более нигде на московских фасадах не встречающаяся, исследователи творчества Л.Н. Кекушева предполагают, что эти буквы являются инициалами уже известного нам по предыдущим объектам нашей прогулки архитектора Вильяма Францевича Валькота, – он нередко подписывал таким образом свои графические работы, кроме того, известно, что Валькот и Кекушев сотрудничали при строительстве гостиницы «Метрополь», совокупность этих фактов говорит в пользу того, что автором мозаичного панно на фасаде особняка, выстроенного Кекушевым, является именно Валькот. В пользу этого предположения говорит также тот факт, что обложка одного из номеров популярного в те годы московского журнала «Архитектурные мотивы», нарисованная пером в эскизной манере, имела такую же подпись «W.W.», а среди лиц, участвовавших в выпуске, значился среди прочих и В.Ф. Валькот.
 
Особняк О.А. Листа. Оформление центрального окна.
 
Особняк О.А. Листа. Вход.
 
Особняк О.А. Листа. Мозаичное панно на боковом фасаде.
 
Особняк О.А. Листа. Мозаичное панно с подснежниками.
 
Особняк О.А. Листа. Мозаичное панно над входом работы В.Ф. Валькота.
 
Более же смелая гипотеза об авторстве Валькота объясняет нахождение панно молодого британца на фасаде особняка Листа любопытной историей: якобы Валькот преподнёс свою керамическую картину Кекушеву в знак уважения за то, что тот не затаил обиды на него, когда волею судьбы и Саввы Мамонтова они вдруг оказались соперниками в борьбе за первенство в конкурсе на лучший проект гостиницы «Метрополь», в этом состязании победил Кекушев, но Мамонтов своим волевым решением выбрал-таки для строительства проект Валькота (занявший лишь четвертое место), «задвинув» таким образом Льва Николаевича, который впоследствии, после банкротства Мамонтова, при новых владельцах масштабной стройки, вернувших его к работе над проектом, проявил великодушие и благородство и продолжал спокойно, без злобы и мстительности работать над созданием отеля в соавторстве с Валькотом.
 
Впечатляющими были интерьеры особняка, которые создавались также самим архитектором, отличавшимся тщательнейшей проработкой всех малейших деталей внутреннего убранства своих сооружений. Декоративное оформление помещений особняка отличалось элегантностью и разнообразием, было рассчитано на некоторый стилистический контраст и смену впечатлений. Потолки в столовой и кабинете были балочными, обработанными деревянными кессонами с живописью растительной тематики между ними (живопись утрачена и, к сожалению, не была восстановлена при реставрации); декор гостиной носил черты японского стиля, что являло собой выразительный штрих эпохи – искусство модерна  выделяло лаконичную эстетику Дальнего Востока и часто использовало её в создании современных стилизаций; перила парадной лестницы были выполнены из дуба, потолок над лестничными проёмами также был оформлен дубовыми балками; отделка помещений второго этажа была довольно лаконичной, с оклейкой стен обоями и покраской масляными красками; стены в ванной и на кухне были облицованы фарфоровой плиткой, а пол вестибюля и кухни выложен метлахской плиткой; внутренние обрамления окон, массивные филенчатые двери и их наличники были деревянными; в некоторых комнатах присутствовала встроенная мебель, составлявшая стилистически единое целое с деревянными стеновыми панелями (до наших времен сохранился лишь один посудный шкафчик в буфете).
 
В доме присутствовала водопроводная, канализационная и отопительная системы. Были созданы и некоторые любопытные приспособления, необходимые для удобства состоятельных владельцев, – встроенный в стену сейф в кабинете, замаскированный полотном деревянных стеновых панелей, и довольно обширная потайная  кладовка для ценных вещей, располагавшаяся под полом лоджии.
 
Сразу после завершения строительства особняк Кекушева в Глазовском переулке стал известен на всю Москву, причем популярность он снискал не только в светских кругах, среди интеллигенции и богемы, но и был благоприятно встречен профессионалами строительного дела. Архитектурная критика по достоинству оценила новаторские приёмы, применённые Л.Н. Кекушевым в этой постройке, и впоследствии некоторые детали  композиции и дизайна особняка были использованы другими московскими зодчими в качестве цитат и прототипов.
 
После событий 1917 года особняк был изъят из собственности своего последнего дореволюционного владельца – дирижёра, контрабасиста и музыкального издателя Сергея Кусевицкого – национализирован и отдан под размещение дипломатических миссий. На протяжении долгих лет в доме располагалось посольство Аргентины. Сейчас в бывшем особняке Листа-Кусевицких находится представительство Калужской области.
 
 
12) Стоящее на углу Глазовского и Денежного переулков сооружение (Глазовский пер., д. 4) тоже нельзя не отметить. Это здание городской усадьбы П.А. и Н.П. Павловых, стоящее на участке, когда-то принадлежавшем  «Товариществу мануфактур, основанных И.И. Скворцовым», владельцами которого являлись хозяева усадьбы – отец и сын Павловы.
 
Здания городской усадьбы П.А. и Н.П. Павловых.
 
Довольно миниатюрная постройка, имеющая декоративные и композиционные черты творений Венского сецессиона (венский вариант югендстиля, т.е. модерна), похожа на особняк. Построено это здание в 1905 году русским архитектором польского происхождения Станиславом Доминиковичем Кучинским, мастером модерна. Дом облицован глазурованной керамической плиткой двух приятных оттенков: песочного и ярко-бирюзового, последний отличает это сооружение от остальных модерновых зданий, ведь такой цвет нечасто встретишь в оформлении московских фасадов. Угловой объем здания увенчан эффектным гранёным куполом в форме перевернутой чаши. Глянцевые стены контрастируют с более матовыми цинковым поверхностями купола, балкончика эркера и декоративных гирлянд над карнизом. Интересно, что все металлические детали декора дома (за исключением перил парапета карниза и балкона и ограды) сделаны методом выколотки, или дифовки, то есть способом холодной обработки металла специальными выколоточными молотками; ограда участка и парапет над карнизом – кованые.
 
Городская усадьба П.А. и Н.П. Павловых. Купол дома.
 
Городская усадьба П.А. и Н.П. Павловых. Ограда.
 
Очень своеобразно выполнен остеклённый балкон второго этажа в эркере, сам балкон сооружён из клёпаных металлических конструкций, а фигурные переплёты его окон сочетают в своем рисунке простые геометрические формы – пересекающиеся круги, треугольники и квадраты.
 
Главное огорчение при осмотре здания в том, что разглядеть его полностью,  а в особенности тот наиболее интересный фасад, что смотрит во двор, довольно проблематично: перед ним расположен небольшой одноэтажный флигель, который загораживает обзор со стороны обоих переулков. Можно было бы сказать, что это серьёзный недостаток композиции здания, если бы не одно обстоятельство: дело в том, что тот особняк, что мы видим перед собой сегодня, это и не особняк вовсе, а часть постройки куда большей по размерам и носящей совершенно иные функции, нежели проживание хозяев! Это здание перед нами – часть целого единого комплекса, когда-то включавшего в себя конюшни, сарай для карет, кузницу, этот вот дом и сторожку (последняя – тот самый отдельно стоящий одноэтажный флигель, загораживающий сейчас обзор).
 
С.Д. Кучинский. План городской усадьбы П.А. и Н.П. Павловых. Вид фасадов по Глазовскому переулку.
 
С.Д. Кучинский. План городской усадьбы П.А. и Н.П. Павловых. Общий план участка.
 
С.Д. Кучинский. Проект городской усадьбы П.А. и Н.П. Павловых. Вид фасадов по Денежному переулку и планы построек.
 
К огромному сожалению, основная часть здания, ранее включавшая конюшню и каретный сарай, была перестроена до неузнаваемости и надстроена по высоте (сейчас это оштукатуренное здание слева по Денежному переулку от осматриваемого нами дома, в нём расположена детская библиотека), часть комплекса и вовсе была разрушена, и таким образом одно большое строение разделилось на два совершенно не похожих друг на друга дома, настолько разные, что сложно даже предположить, что когда-то они представляли собой единое гармоничное сооружение. Постройка, возведенная в 1905 году С.Д. Кучинским, являлась, вероятно, конюшенным комплексом обширной городской усадьбы Павловых. В пользу этого предположения говорит тот факт, что третье по счету здание влево по Денежному переулку (его адрес – Денежный пер., д. 16, в нём сейчас расположено посольство Габона) – большой роскошный особняк в неогреческом стиле – тоже принадлежал Н. П. Павлову, был построен в 1900 году и являлся, по всей видимости, главным домом усадьбы, которую спустя несколько лет решили дополнить еще и конюшенным двором. Это также объясняет, почему все эти три дома объединены однотипной кованой оградой. Да и в защиту этого предположения скажем, что вряд ли столь богатые люди, как текстильные фабриканты из Костромской губернии Пётр Александрович и Николай Петрович Павловы, могущие себе позволить жертвовать колоссальные суммы на науку, образование и церковь, стали бы жить в одном здании со своими лошадьми, сколь бы ни любили их (Павловы были заядлыми охотниками и ездоками), скорее они построили бы для содержания своих любимцев отдельное здание, включающее все необходимые хозяйственные части, саму конюшню и дом для обслуживающего лошадей персонала, – обширное, пышное, выполненное в модном стиле и полностью соответствующее амбициям заказчиков и их статусу.
 
Особняк Н.П. Павлова в Денежном переулке (Денежный пер., 16). 
 
Здание детской библиотеки в Денежном переулке.
 
После 1917 года усадьба Павловых была национализирована, её постройки отданы под административные нужды. С 1963 года и по сей день в рассматриваемом нами доме располагается Информационный центр Организации Объединенных Наций.
 
 
13) Пройдём ещё немного по Денежному переулку до перекрёстка с Сивцевым Вражком, далее двинемся по Сивцему Вражку и с него свернём направо в Староконюшенный переулок, где обратим своё внимание на дом № 18, построенный в 1901-1904 годах архитектором И.С. Кузнецовым. Это здание бывшей мужской гимназии имени И.Л. и А.К. Медведниковых – одного из самых известных средних учебных заведений дореволюционной Москвы. Официальное название Медведниковской гимназии – «9-ая классическая гимназия имени Ивана и Александры Медведниковых». В настоящее время это школа № 59 имени Н.В. Гоголя.
 
Мужская гимназия им. И.Л. и А.К. Медведниковых в Староконюшенном переулке.
 
Иркутский купец Иван Логгинович Медведников, заработавший свое состояние на продаже пушнины и золотодобыче, деятельно занимался благотворительностью как в родном Иркутске, так и в Москве, в которую он переехал в 1850-е годы: строил храмы, гимназии, больницы, помогал неимущим гимназистам и студентам. После смерти Ивана Логгиновича в 1889 году его вдова, Александра Ксенофонтовна, продолжила благотворительную деятельность и даже состояние своё и мужа завещала на благие дела: часть средств была отпущена на конкретные цели, например, миллион рублей на постройку больницы для неизлечимо больных, остальной же капитал – несколько миллионов рублей – на благотворительные цели, которые счёл бы нужным реализовать её душеприказчик Николай Алексеевич Цветков. Н.А. Цветков после кончины вдовы Медведниковой решил, что лучшим способом увековечить память о ней и её муже станет создание средней общеобразовательной школы нового, прогрессивного типа. И вот по высочайшему императорскому повелению 8 июня 1901 года была учреждена гимназия имени Ивана и Александры Медведниковых. В сентябре того же года было заложено здание новой гимназии в Староконюшенном переулке, занятия же в образованном школьном учреждении начались в октябре 1901 года и первое время, до окончания постройки здания в Староконюшенном, проводились в здании на Поварской улице, 40.
 
Новое здание гимназии строилось по проекту архитектора Ивана Сергеевича Кузнецова и было закончено в 1904 году. Оно сразу обратило на себя внимание архитектурной общественности, которая по достоинству оценила простую и ясную структуру его фасада, сдержанность архитектурного декора и великолепное функциональное построение и оснащение, сразу же ставшее образцом для аналогичных по  назначению сооружений. Это было поистине передовое учебное заведение своего времени: на строительство здания ушло 300 тысяч рублей, а вместе с мебелью, оборудованием, инвентарем и иной внутренней обстановкой  цена приблизилась к миллиону рублей – это просто колоссальная сумма для того времени!
 
По проекту Кузнецова декор здания выполнен в стиле модерн, но отличительными особенностями его являются лаконичность и умеренность, что довольно редко для модерна, который мы привыкли представлять затейливым и даже пышным.
 
Мужская гимназия им. И.Л. и А.К. Медведниковых. Центральные окна.
 
Главной достопримечательностью фасада стали огромные арочное и полуовальное окна в правой части постройки, они освещают просторные залы. Остальные оконные проёмы, меньшие по размеру, чем два основных, но бо́льшие, чем типичные для строительства того времени, призваны хорошо освещать классные комнаты и также являются ведущей темой фасада. Они отделены друг от друга простенками, облицованными темно-зеленой глазурованной керамической плиткой и украшенными горизонтальными полосками из орнаментальной плитки чуть более светлого зеленого оттенка.
 
Мужская гимназия им. И.Л. и А.К. Медведниковых. Майоликовое панно.
 
Благодаря тому, что окна трёх верхних этажей имеют схожие обрамления, а окна второго и третьего этажей визуально объединены общими декоративными рамками, простенки между оконными проёмами выглядят как пилястры, это заставляет их удачно дополнять пилястры настоящие, поддерживающие изгиб карниза. В экстерьере здания обращает на себя внимание ленточный руст, украшающий не только нижний этаж, но и всю плоскость правой части фасада, в которой расположены гигантские окна, при этом рустовка подчёркивает арки верхнего окна и входов. Пожалуй, самые изысканные элементы декора в этом здании – рокайльные картуши, украшающие главные окна и одну из  рустованных пилястр.
 
Мужская гимназия им. И.Л. и А.К. Медведниковых. Один из входов в здание.
 
Мужская гимназия им. И.Л. и А.К. Медведниковых. Картуш.
 
Мужская гимназия им. И.Л. и А.К. Медведниковых. Картуш над центральным окном.
 
В целом сравнительно скромное наружное убранство постройки искупалось тщательностью проработки внутренней структуры здания, инженерной оснащенностью и повышенным комфортом, что, как мы уже знаем, является характерной чертой архитектуры эпохи модерна. Просторные залы и широкие коридоры, высокие потолки, обширный гимнастический зал, кабинеты химии, физики, биологии, расположенные амфитеатром, на манер университетских аудиторий, отвечающая передовым идеям, способная  трижды в час обновлять воздух в классах вентиляция с пылеосадочными камерами, сушилки для шинелей в раздевалке, специально сконструированная школьная мебель и отлично оборудованные мастерские – все отличалось размахом и оригинальностью решений. Планировка здания гимназии следовала принципу разделения младших и старших классов. Для учеников подготовительных и младших классов были предусмотрены специальные помещения и отдельный вход в них, а также рекреационный зал и площадка для игр. Второй и третий этажи отводились под классы старших гимназистов. В нижнем этаже был расположен класс ручного труда с оборудованием для обучения токарному, столярному и картонажному делу. На крыше здания под стеклянным сводом был устроен зал для подвижных игр в ненастную погоду.
 
Н.А. Цветкову и первому директору гимназии Василию Павловичу Недачину удалось создать абсолютно новый тип гимназического образования в России, и они рассчитывали, что по образцу организованного ими учебного заведения в будущем будет перестроена вся школьная система. Так бы, возможно, и случилось, если бы не помешала революция. Концепция обучения, введенная в медведниковской гимназии, была действительно во многом новаторской, осовремененной и усовершенствованной. Количество часов, отведённых на изучение древних языков, уменьшилось, но при этом были введены в обязательную программу французский, английский и немецкий языки, был расширен курс мироведения, физической географии, естественной истории, анатомии и гигиены. В штате заведения были введены должности преподавателя гимнастики, школьного педиатра и дантиста. Было организовано питание учащихся в школе – всем им ежедневно предлагались горячие завтраки. Родители гимназистов смогли впервые принимать участие в работе педагогического совета. Были также созданы подготовительные курсы при гимназии, на них принимались дети в возрасте 7-8 лет, в течение трех лет они предварительно обучались на подготовительном отделении, прежде чем держать экзамен на поступление в гимназию.
 
Новшества образовательного процесса гимназии Медведниковых подтвердили свою состоятельность и целесообразность и многими были с энтузиазмом восприняты,  поддержаны и взяты на вооружение. К примеру, учебные программы медведниковской мужской гимназии легли в основу программ открывшейся в 1906 году женской гимназии Н.П. Хвостовой в Москве.
 
Обучение в передовой гимназии было платным, и плата составляла 300 рублей в год. Но это не была бы гимназия имени известных благотворителей, если бы в ней не были введены исключения для некоторых учеников и льготы. Одним из основных условий, поставленных Н.А. Цветковым, являлось бесплатное обучение беднейших детей. Также от платы были освобождены дети преподавателей средних учебных заведений. Число всех освобожденных от платы  составляло около 30% от общего числа учащихся гимназии. Помимо этого, в гимназии были учреждены различные стипендии от нескольких благотворителей, одна из стипендий спонсировалась из специального фонда Медведниковых – части завещанных ими средств, отведенных на это.
 
Мужская гимназия им. Медведниковых как таковая перестала существовать весной 1918 года. Сначала в ней было введено совместное обучение девочек и мальчиков. Далее история этого учебного заведения испытывала крутые повороты: школа именовалась то так, то сяк, меняла профиль образования, снова становилась мужской,  затем совместной и т.п., пока, наконец, не стала 59-ой школой им. Н.В. Гоголя, какой остаётся и поныне.
 
Интересно, что традиции гимназии им. Медведниковых не оборвались после революции, несмотря на то, что само это заведение перестало существовать и было подвергнуто реформам в духе нового правительства. Бывший директор гимназии Медведниковых В.П. Недачин после революции эмигрировал в Европу и в 1920-х годах создал Русскую гимназию в Париже. Он собрал в ней лучших педагогов, привлёк бывшую профессуру Московского университета и смог возродить в новых, сложных, незнакомых реалиях славные традиции некогда возглавляемой им московской гимназии. Русская гимназия в Париже по праву считалась лучшим учебным заведением русского зарубежья, и неудивительно, что именно она просуществовала дольше всех образовательных учреждений эмиграции.
 
 
14) Напротив бывшей гимназии Медведниковых (Староконюшенный пер., д. 23) находится желтое здание с протяжённым фасадом, это особняк Н.И. Казакова 1898-1901 годов постройки; архитектор, возводивший это здание – К.К. Гиппиус (в некоторых источниках наряду с К.К. Гиппиусом упомянут еще и архитектор С.Г. Иоффе).
 
Особняк Н.И. Казакова в Староконюшенном переулке.
 
Карл Карлович Гиппиус начал своё архитектурное творчество как приверженец эклектики, но со временем стал одним из самых значительных мастеров московского модерна, обладавшим уникальным узнаваемым почерком. Очень много проектировал и строил для купеческих семейств Бахрушиных и Перловых, пожалуй, наиболее прославился благодаря перестройке фасада и интерьеров знаменитого чайного магазина В.Н. и С.В. Перловых на Мясницкой, который он оформил в экзотическом для того времени «китайском стиле». В конце 1890-х годов в предпочтениях архитектора начинают формироваться и утверждаться черты стиля модерн, окрашенные его индивидуальными художественными вкусами и представлениями. Среди разнообразия европейских вариантов нового архитектурного направления он выделяет наиболее декоративно насыщенное франко-бельгийское Ар Нуво и, избрав это течение модерна, он хранит верность его принципам во всех своих модернистских сооружениях. Эта ориентация на франко-бельгийский модерн прослеживается уже и в особняке, который он возводит в 1901 году в Староконюшенном переулке для Н.И. Казакова – купца, делового партнера Перловых. Также особняк Н.И. Казакова, сочетающий принципы эклектики в планировке боковых объемов и фасадов и модерна в орнаментальном оформлении центральной части фасада, как бы является ещё и отражением «эволюции», изменений в творчестве мастера.
 
Особняк Н.И. Казакова. Декор центрального ризалита.
 
Особняк Н.И. Казакова. Один из входов в здание.
 
Особняк Н.И. Казакова. Маскарон.
 
Особняк Н.И. Казакова. Лепной фриз.
 
Особняк Н.И. Казакова. Маскарон.
 
Элементы декора в центральной части фасада, над двумя главными входами в здание, типично модерновые: филёнчатые, с замысловатым рисунком двери, удивительные по форме переплеты фигурных окон, кованые кронштейны козырьков над дверьми, рельефы женских головок с локонами распущенных волос, растительные орнаменты, обрамляющие маскароны и даже «вплетающиеся» в них, изображения извивающихся змей и наиболее выразительная часть декора – цветок ириса, одного из излюбленных символов модерна.
 
Особняк Н.И. Казакова. Изображение ириса на фасаде.
 
Изображение ириса на мебели ресторана "Люка Картон" - прототип ириса на фасаде особняка Н.И. Казакова.
 
Интересно, что рельеф ириса на стене дома Н.И. Казакова выполнен ботанически точно – с листьями, стеблем и даже корнями и луковицей, он буквально копирует изображения ирисов в интерьерах парижского ресторана «Люка Картон», над которыми работал выдающийся французский дизайнер мебели в стиле модерн – Луи Мажорель, любивший этот цветок и первым среди мастеров модерна использовавший его мотив в декорировании своих работ; ирисы Мажореля не оставляли равнодушными многих архитекторов и художников, и в дальнейшем это растение перекочевало на стены некоторых построек, в том числе и московских, например, помимо особняка Казакова, оно использовано в декоре гостиницы «Альпийская роза» (Пушечная ул., д. 4), построенной архитектором А.А. Остроградским. 
 
К.К. Гиппиус в своем творчестве с упоением погружался в мир новых образов и линий, которые он часто черпал из окружающей природы, его тяга к обильной растительной и частично зооморфной орнаментике была не только и не столько отражением его художественных вкусов и симпатии к работам определенных европейских мастеров, сколько являлась выражением его любознательной натуры и страстного увлечения биологией, зародившегося еще в детстве. В архитектурной деятельности ему всегда помогал его опыт натуралиста-любителя – давал новые идеи и позволял мастерски их реализовывать. Карл Карлович был одним из самых известных и сведущих аквариумистов в Москве. В 1910 году он устроил в своем доме большой аквариум, который открыл для посещения публики, этот аквариум стал дополнительной экспозицией Московского зоопарка. Возможно, благодаря такому сотрудничеству с зоопарком, в послереволюционные годы Гиппиус был назначен его штатным архитектором. После присоединения к зоопарку территории «Морозовского сада», по проектам Карла Карловича там было возведено несколько сооружений, все они – «уединённые острова» и «неприступные скалы» – стали выражением эстетики модерна – стиля, принёсшего архитектору большой успех. Двадцать последних лет жизни зодчего были посвящены Московскому зоопарку, он был бессменный его архитектором до самой своей кончины. Так волею судьбы слились воедино два его главных жизненных интереса: биология и архитектура.
 
Кстати, К.К. Гиппиус является одним из основателей и автором проекта существующего и поныне  в Тимирязевском районе Москвы уникального дачного посёлка «Соломенная сторожка», созданного в 1926 году для профессуры Тимирязевской академии и других московских ВУЗов.
 
 Что же, взглянем в последний раз на творение этого выдающегося зодчего, расположенное в Староконюшенном переулке и ныне украшенное развивающимся канадским флагом (в доме Н.И. Казакова с 1950-х годов находится посольство Канады), и двинемся к последнему объекту нашей сегодняшней экскурсии.
 
 
14) Вернёмся к перекрестку с Сивцевым Вражком, свернём направо и пройдём немного, чтобы выйти на Гоголевский бульвар. Дом № 21 по Гоголевскому бульвару – доходный дом А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых, построен в 1902 году по проекту Л.Н. Кекушева.
 
Доходный дом А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых на Гоголевском бульваре.
 
Доходные жилые дома в начале XX века были чуть ли не самым востребованным московскими заказчиками типом застройки, но, несмотря на это, в творчестве уже знакомого нам архитектора Льва Кекушева их относительно немного, один из этих немногочисленных примеров – перед нами. Это четырёхэтажное здание, фасадная поверхность его строится на сочетании вертикальных простенков, облицованных кремовой плиткой, и оштукатуренных гладких плоскостей между ними  – это черта, характерная для многих построек Кекушева.
 
Доходный дом А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. Эркер.
 
Уникальный авторский почерк архитектора здесь проявляется также в пластичной прорисовке окон эркеров, и, конечно, в необычном, ни на что не похожем лепном декоре, включающем в себя орнаментальные мотивы аналогичные тем, что зодчий использовал при создании кованых ворот ограды другой своей постройки – знаменитого особняка И.А. Миндовского на Поварской улице. В убранстве дома очень выделяются оригинальные египетские мужские маски в подоконных панно и фризе и великолепные скульптурные изображения сов с распахнутыми крыльями в качестве консолей, поддерживающих выступы эркеров.
 
Доходный дом А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. "Египетский" маскарон.
 
Доходный дом А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. "Египетский" маскарон.
 
Доходный дом А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. Совы над входом.
 
Доходный дом А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. Одна из сов. Крупный план.
 
Архитектурный декор здания усилен, помимо перечисленных элементов,  сильно вынесенным за плоскость фасада карнизом, расположенным под ним сложнопрофильным обломом, с которого «свисают» короткие пилястры с орнаментальными скульптурными окончаниями, и массивными аттиками, которые еще более подчеркивают боковые части здания, выделенные эркерами.
 
Доходный дом А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. Карниз.
 
Аттики прямоугольной формы, украшены узкими полосками рельефов и рядом небольших арочек, имеют по бокам возвышения, которые ранее являлись основаниями для вазонов (не сохранились).
 
Доходный дом А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. Аттик.
 
Л.Н. Кекушев. Проект доходного дома А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых.
 
Интересно, что здание дома братьев Бочаровых перестраивалось в 1906 году архитектором К.Ф. Буровым – он сделал пристройку к нему с правой части дома (визуально она обозначена той частью фасада, что выходит за правый эркер). Пристройка была осуществлена в точности в тех же формах и стиле, что и первоначальный объём сооружения. Не исключено, что заказ на пристройку поступил от владельцев дома Льву Кекушеву, а тот передал его своему помощнику или хорошему знакомому.
 
Сегодня в бывшем доходном доме Бочаровых располагается государственная корпорация «Ростех» (до декабря 2012 носила название «Ростехнологии»).
 
 
На этом наша прогулка могла бы закончиться, если бы не один сюрприз, оставленный нами на закуску. Это тайный особняк, спрятавшийся от посторонних глаз так надежно, что, не зная о его существовании заранее, ни за что его не обнаружишь. Пожалуй, выделим под него отдельный пункт.
 
 
15) От доходного дома Бочаровых вернемся снова в Сивцев Вражек. Сделаем по нему буквально пару шагов и за первым же зданием свернем направо во двор, а там – налево и снова направо. В конце этого дворового лабиринта перед нами предстанет мастер маскировки – дом, оформленный в стиле модерн, невесть как здесь оказавшийся.
 
Здание во дворе домовладения А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых.
 
История этого двухэтажного особняка доподлинно нам не известна. Но предположительно, здание это так же, как и предыдущий объект нашей экскурсии, было построено по заказу братьев А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. И архитектором его являлся все тот же Лев Кекушев, работавший над доходным домом Бочаровых. Теорию эту подтверждает тот факт, что дом расположен на участке, приобретенном Бочаровыми для застройки. На территории этого владения ими, по всей видимости, было возведено три строения. Первое - доходный дом, фасадом выходящий на Гоголевский бульвар (современный адрес – Гоголевский бул., 23, стр. 1), второе - большое здание, расположенное во дворе сразу за ним, ничем особенным не примечательное (Гоголевский бул., 23, стр. 2), и третье – этот вот особняк (Филипповский пер., 4, стр. 2). Может быть, особняк, приютившийся здесь, на задворках, использовался Бочаровыми как собственное жилье или как конторское здание при домовладениях, поэтому и получил красивый модерновый декор, несмотря на то, что скрыт от переулка. Кстати, сегодня все три постройки принадлежат корпорации «Ростех».
 
Здание во дворе домовладения А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. Оформление входа.
 
Здание во дворе домовладения А.Ф. и Н.Ф. Бочаровых. Нимфа Лорелея.
 
Особняк оштукатурен и выкрашен в серый цвет. Детали его декоративного убранства хоть и не многочисленны, но очень характерны для модерна и сразу бросаются в глаза. В первую очередь, это, конечно, скульптурное обрамление входа в здание и  круглого окна над ним. Его венчает маскарон с изображением нимфы Лорелеи. Волосы ее волнами струятся по наличнику, глаза закрыты, а губы сложились в едва видимую улыбку, похожую на улыбку Джоконды, ею она благосклонно встречает всех посетителей. Входная группа особняка выделена выступающим из общей плоскости стены ризалитом. По бокам его «свисают» пилястры, наверху соединенные друг с другом, а внизу оканчивающиеся фигурными завитками, придающими им сходство с развернутыми свитками. Пилястры украшены двумя небольшими рельефными композициями флорального мотива. Окна нижнего, полуподвального, этажа имеют фигурные наличники, выполненные в едином с оформлением входа стиле. Выразительности внешнему облику здания придает и сильно выступающий карниз, слегка изгибающийся над ризалитом входа.
 
Собственно, вот и все элементы декора. Но даже и их достаточно, чтобы приятно поразить случайно зашедшего во двор прохожего. Ведь, согласитесь, такая роскошь для московских дворов – редкость.
 
 
Что ж, теперь наша сегодняшняя экскурсия, посвящённая московскому модерну, точно подошла к концу, надеемся, вам понравился наш рассказ и вы получили удовольствие от этой виртуальной прогулки. Всего вам доброго, дорогие пешеградцы, и до новых встреч на улицах Москвы!