Статьи и отчёты

Старинный вид Данилова монастыря. Картина неизвестного художника.
 
Даниловский район получил свое название от одноименного села, а оно — от монастыря во имя святого Даниила Столпника. По преданию, этот монастырь основал здесь, в пяти верстах от Кремля, на правом берегу Москвы-реки, у брода, первый московский удельный князь Даниил Александрович. Данилов монастырь — древнейшая московская обитель. Многое довелось ей пережить на протяжении ее истории: более двухсот лет забвения, набеги ордынцев, крымских татар и ногайцев, столкновения во времена Смуты, реформы Петра I и Екатерины II, большевистские гонения на церковь… Однако и по сей день старейший московский монастырь гордо возвышается на берегу Москвы-реки, сияя на солнце золочеными маковками своих церквей. А его мощные крепостные стены и башни надежно оберегают от всего мирского и суетного скромную и благочестивую жизнь монахов. Позволим себе заглянуть за ворота этой самой старой и самой стойкой обители. 
 
 
 
На юго-западе Москвы, в Обручевском районе, среди плотной застройки притаился небольшой зеленый уголок в сорок восемь гектаров. Этот островок зелени — Воронцовский парк. Прежде здесь в окружении деревьев стояла дворянская усадьба Воронцово с красивым господским домом и каскадом прудов. Она почти полностью разрушена людьми и временем. Осталось лишь несколько построек и впечатляющие своей необычностью въездные ворота с башнями в псевдоготическом стиле. И даже то немногое, что сохранилось от сиявшей некогда жемчужины юго-западного «ожерелья» подмосковных, а ныне — московских усадеб, наглядно свидетельствует о былом величии и красоте этого поместья, претендовавшего на звание «подмосковного Версаля». Невероятна и история усадьбы. Она видала князей, бояр и русских царей, пережила Смуту, наполеоновское нашествие и революцию 1917 года, была секретным производством, элитной дачей, тюрьмой, совхозом и биостанцией. Хотите узнать подробности этих перипетий? Присоединяйтесь к нашей экскурсии по усадьбе Воронцово.
 
 
 
Есть в Москве районы, где хоть и немного знаменитых памятников архитектуры, зато особую историко-культурную ценность представляет само своеобразие их планировки и застройки. Таков квадратный километр, что лежит между Арбатом и Пречистенкой. Всего-то один квадратный километр или даже чуть меньше, а какие колоритные контрасты! Что касается неожиданных архитектурных сопряжений, этот район едва ли уступит многим заповедным зонам московского центра. Пласт истории тут необычайно глубок. Старинные боярские палаты, замкнутые, как крепости, соседствуют с современными зданиями; ампирные особняки интересно смотрятся на фоне небоскребов; уникальные по облику дворянские усадьбы со всеми службами, флигельками, двориками и старинными воротами окружены респектабельными доходными домами… Здесь вы встретите немало примечательных по архитектуре зданий, о которых ничего не сказано в путеводителях; увидите экзотичные кариатиды «ростом» чуть больше метра, украшающие фасад крохотного палаццо… Переходя из одной улицы в другую, вы обнаружите немало уникальных архитектурных деталей, которые так и просят, чтобы их запечатлели кистью или фотоаппаратом. Маски, сложные наличники окон, примечательные решетки балконов, боевые римские доспехи в обрамлении классических гирлянд, русская деревянная резьба… А сколько расскажут многочисленные мемориальные доски! Один квадратный километр московского центра… Того, что вместил он, с лихвой хватило бы, чтобы сделать иной город объектом туристического бума.
 
 
Храм Всех Святых во Всехсвятском. Картина художника В. В. Герасимова.
 
Площадь Марины Расковой, метро «Сокол» и соседние улицы — эта территория раньше относилась к селу Всехсвятскому, которое теперь оказалось в центре района Сокол. Одни исследователи относят основание села к концу XIV века, другие — к концу XV века. Но настоящий расцвет Всехсвятского — это период, когда им владели грузинские цари.
 
Грузинским село стало довольно случайно. Как указывают источники, в XIV веке на этих землях в селе Святые Отцы на речке Ходынке находился монастырь. В Смутное время село было полностью разорено. После 1678 года оно стало вотчиной боярина Ивана Михайловича Милославского, фактического правителя страны при царе Федоре Алексеевиче. В 1683 году Милославский возвел здесь небольшую каменную церковь Всех Святых, от которой и пошло новое название села — Всехсвятское. Через два года боярин скончался от удара, и селение отошло его дочери Федосье Ивановне. Та умерла в 1695 году, и тогда село досталось ее мужу, имеретинскому царевичу Александру Арчиловичу.
 
 
Вид на Живописный мост и Крылатские холмы.
 
Крылатские холмы — уникальное место в Москве. Они прославились и своей историей, и природой, и архитектурными шедеврами, и спортивными объектами. Отсюда в часы рассвета открывается лучший вид на Москва-сити и окружающие столичные просторы. С этой потрясающей картиной может поспорить разве что вид со смотровой площадки Воробьевых гор. В туманной дымке просматривается и местная церковная жемчужина — стоящий на одном из холмов храм Рождества Богородицы. Ну а чуть дальше него, в перспективе, виднеется современное архитектурное чудо —  красная арка Живописного моста через Москву-реку с подвешенной в ней черной бусиной, похожей на пойманную в паутину летающую тарелку. По этим местам нам сегодня и предстоит прогуляться, чтобы насладиться шикарными видами, соприкоснуться с природой и познакомиться с местными легендами и историей. 
 
 
Заведение искусственных минеральных вод в Москве. Вид дома с садом. Раскрашенная литография XIX века.
 
Персонажи многих русских народных сказок в трудных ситуациях часто пользуются «живой и мертвой водой». «Мертвая вода» заживляет раны героев, а «живая» возвращает их к жизни. Но в основе такого внешне сказочного восприятия воды лежат вполне реальные ее свойства. Еще в древности было замечено, что вода из подземных источников, которую использовали в быту, бывает очень разной. Обычно внешне кристально чистая, прекрасно освежающая и утоляющая жажду, она может отличаться по вкусу. Это значит, что в водах источников есть какие-то примеси. Было также обнаружено, что вода в некоторых, правда, очень немногих источниках может иметь и целебные свойства. Такой — «минеральной» — водой исстари лечились от «сердечной боли», от желудочных заболеваний и других недугов.
 
 
Сокольническая пожарная часть на картине В. Герасимова.
 
Есть русская пословица «Москва от копеечной свечки сгорела», то есть от случайного огня, от пустячной причины. И появилась она не просто так. Изначально и довольно долго дома в городе, да и многое вокруг — мостовые, заборы, хозяйственная утварь, предметы домашнего обихода — все было деревянным. А дерево, часто очень сухое, легко воспламенялось — даже от небольшой искры, от простой неосторожности. Впрочем, в возникновении пожара мог быть и злой умысел, и вина неприятеля. Словом, неудивительно, что горела столица неоднократно. К примеру, за первые четыре с половиной века своего существования Москва тринадцать раз выгорала дотла и около ста — в значительной степени. И город тогда, по словам современников, становился «яко поле». А в войну 1812 года, когда в столицу вошла французская армия во главе с Наполеоном, было немало случаев поджогов домов самими москвичами — теми, кто не хотел, чтобы их достоянием пользовались враги. Позднее в Москве было построено много каменных домов, но и тогда пожары не были редкостью.
 
 
Дом Г. А. Полибина в Долгом переулке в Москве.
 
Многие улицы и переулки в районе между Садовым кольцом, Москвой-рекой и Девичьим полем давно переименованы, но исторический архитектурный фон местами сохранился и представляет немалый интерес для человека, знакомящегося с архитектурой старой Москвы. Тут еще попадаются особняки времен допожарной Москвы, есть здания, свидетельствующие о бурном восстановлении города после наполеоновского нашествия, хотя, пожалуй, лишь единицы дошли до нас в первозданном виде. Едва ли не с каждым из таких домов связана какая-нибудь легенда, увлекательная история, а то и тайна. Много повидали они на своем веку... Об одном из них мы и собираемся рассказать. Бывший Долгий переулок, ныне улица Бурденко. Здесь, в тихом уголке Москвы, стоит под № 23 небольшой одноэтажный особняк, затерянный среди современных многоэтажных зданий. Деревянный дом этот построен в начале XIX века и соединил в своем облике типичные черты дворянских особняков того времени. Мы говорим — «дом», но, в сущности, это домик — так он мал. Разросшиеся старые деревья совсем закрыли его своими ветвями, и, проезжая на автомобиле, дома можно не заметить. 
 
 
Дом с башенкой на Смоленской площади, 13/21. Архитектор И. В. Жолтовский.
 
Есть здания, запоминающиеся с первого взгляда, — Адмиралтейство в Санкт-Петербурге, или Московский университет на Ленинских горах, или Пашков дом на Воздвиженке… Лаконизм композиции, четкая симметрия создают это особое качество — запоминаемость. Однако бывает иначе. Композиция развивается не по классической схеме, нет в ней организующего принципа строгой симметрии, а идея не расшифровывается с первого взгляда. Таковы многие памятники древнерусского зодчества, исторические ансамбли, складывавшиеся в течение длительного времени. Но тем и богата архитектура, что открывает множество самых различных подходов к построению композиции и воплощению архитектурной идеи — как в классически строгих формах, так и в живописных, пространственно сложных, как бы незапрограммированно случайных. Именно таким предстает перед нами дом с башенкой на Смоленской площади — одна из лучших работ крупного мастера архитектуры И. В. Жолтовского.
 
 
Дом Апраксиных-Трубецких на Покровке в Москве.
 
Случается так, что даже весьма заметные в архитектурном отношении старые московские здания скрывают тайну своего происхождения, причем так упорно, что спустя два с лишним столетия исследователи не единодушны во мнении ни о дате их строительства, ни об имени архитектора. Таков дом Апраксиных, что у Покровских ворот.
Это впечатляющее строение на Покровке, 22 снискало два интересных прозвания: московский Зимний дворец и дом-комод. В сутолоке оживленного московского перекрестка взгляд сразу выделяет среди ординарной застройки этот нарядный дом «при полном параде». Он и вправду вызывает ассоциации одновременно с петербургским Эрмитажем и пышно декорированным в стиле рококо комодом. Подойдем ближе…